Статьи

Язык мой: иностранный?

шел я как-то по улице. У здания бывшей сберкассы увидел кавказца, вышедшего со двора. Неподалеку играли двое мальчишек. Отец позвал их на своем языке, в тоне его мне почудилось что-то назидательное. Я понял так, что он предостерегает ребятишек от опасности от близко идущих автомашин.

Встречал я много не только кавказцев, но и узбеков, туркмен, таджиков и других на городском рынке. А прошлым летом в овощеводческую бригаду "коммунара" приехала на помощь целая группа из бухары (узбекистан). И все они общались между собой на родном языке, на родном диалекте. Приятно было ощущать, что эти люди ценят свой родной язык, свою культуру, дорожат ими.

Вы только не подумайте, что они не умеют говорить по-русски или не хотят говорить на нем, хотя и находятся на русской земле. Нет, в подавляющем большинстве своем они в совершенстве владеют "великим, могучим, правдивым и свободным", но предпочитают в обиходе не расставаться со своим родным языком.

Я отнюдь не националист и не собираюсь оспаривать значимости великого русского языка. Напротив, я преклоняюсь перед ним, люблю его, стараюсь по мере сил обогащать себя его знанием. Но: слышу все реже и реже. Лишь из уст старейшин, священно-служителей или сельских аксакалов, которых, к сожалению, с годами становится все меньше и меньше. Молодежь общается в обиходе в большинстве своем на русском языке. Даже если порой кто и заматерится, так стараются не на родном, а на том жаргоне, который, как говорят, даже в америке известен.

Если прислушаться, то сколько заметишь в обыденной речи "шелухи", всевозможных "шлаков", а нередко в подобных вставочках проскальзывает и откровенный мат.

Сейчас, например, в моду вошло словечко-паразит "короче". Оно произносится чуть ли не через каждое слово. Такой вот "язык" заполонил, если можно так выразиться, все и всюду.

Даже в семье из трех человек (муж, жена и ребенок), в общем-то, стараются всегда говорить на русском. Это стало столь обыденным, привычным и столь же необходимым, как свет, воздух, еда, вода. Родной казахский стал для многих как бы иным, недоступным : иностранным.

Хотя и давно это было, хорошо помню времена, когда пошел в первый класс: в селе верхнекалиново действовала тогда школа четырехклассная, и размещалась она : в тесной, неуютной землянке саппи-апы, где проживала она с маленькой дочерью (муж ее погиб на фронте). Так вот, в этой землянке нас, учеников, было около двадцати человек, и учила нас дархан-апа (так просила она обращаться к ней).

Учила на казахском языке. Учебников тогда не хватало, а потому мы старались не только запоминать наизусть то, что она рассказывала, но в обязательном порядке записывать в тетрадки, а дома, при тусклом свете керосиновых ламп, чуть ли не уткнувшись в них носом, повторять пройденное.

И вот в таких условиях учились мы неплохо. Я, например, два класса закончил с отличием.

Когда стали проводить реорганизацию школьной сети в районе, нас перевели в разряд так называемой русской школы. (До сих пор не нахожу ответа, почему меня, как и других моих однокашников, снова перевели : в первый класс. Ведь учебная программа была одинаковая, разница состояла лишь в том, что в землянке мы общались на родном казахском языке, а тут - все иначе:).

Хотя мы закончили семилетку на русском, но не забывали и родной язык. Тем более, что часто приходилось читать письма от родственников из казахстана. Общаясь между собой, большее время говорили на казахском.

Существовало и неписаное правило: в присутствии хотя бы одного русского говорили только на русском, поскольку не все русские понимали наш язык. Но были и исключения из правил. Жили в "ауле" среди казахов два брата бардыниных - виктор и юрий. Первый владел казахским в совершенстве, а второй - с нашу разговорную речь. Позже я познакомился с дядей сашей ломакиным. Внешне он ничем не выделялся: обыкновенный человек с дружелюбным характером. Ломакин рассказывал мне, как иные казахи попадали впросак, когда, общаясь на своем языке, слегка подтрунивали над ним. Он долго помалкивал, но затем "раскалывал" их, приводя, так сказать, в шоковое состояние.

Великую силу взаимоуважения и взаимопонимания хорошо иллюстрирует и такой пример. В одной из телевизионных передач рассказывалось о семье, прославившейся на весь советский союз, трактористки натальи геллерт из кокчетавской области. В интервью корреспонденту она сказала: "мы с мужем счастливы, у нас великолепная семья. Я по национальности немка, а он казах, кстати, тоже механизатор. И общаемся мы в семье между собой на : трех языках - на немецком, казахском и русском.

Добавьте к этому, что дети в школе изучают еще и английский". Вот пример достойный широкого подражания!

но по-прежнему в тех селах, где живут в основном казахи, общаются между собой на родном языке далеко не все. Но таких сел, правда, остается все меньше. У нас в районе появилась своя мечеть, где желающие изучают коран. Стало традицией проводить фестивали типа "наурыз", "курбан-байрам".

Выходит на родном языке газета "ак арна". Живет еще, казалось бы, в народе дух казахский. Но как живет? в усеченном варианте.

Посмотрите, как сейчас у нас проходят свадебные ритуалы. Почти ничего национального здесь не увидишь.

Редко еще звучат свадебные или иные бытовые песни, наигрыши на домбре вообще забыли. Этот удивительный инструмент ("палка о двух струнах", как иные величают его) стал редкостным достоянием в казахской семье. Грустно все это сознавать.

Мне приходится слышать и такое: "вот видишь, заке (зваскан), в казахстане, скажем, в атырау (гурьев), астраханских казахов не совсем уважают, считая чуть ли не людьми второсортными. За что, спрашивается? что мы не так разговариваем или лицом не те?" и при этом не дают себе ясного отчета, что хотя мы схожи лицом, культурой, речью, в разговорном общении далеко отстаем от тех же гурьевцев, не говоря уже о соблюдении обычаев.

Если мы и говорим (и я, в частности) на родном языке, то порой грубо, искажаем его, приводя тем самым наших соседей-казахстанцев в недоумение. Мы нередко не знаем или очень смутно знаем свою родословную. Там, в казахстане, при знакомстве спрашивают прежде всего про твое "генеалогическое дерево", а затем уж имя и откуда ты приехал.

Там, в казахстане, нарекают детей или согласно корану, или по желанию родителей, но обязательно только по-казахски. У нас же, если даже имеются свои мусульманские имена, все равно в ходу (даже среди казахов) русские: вася, миша, толик, маша, саша, женя и т.Д., И т.П.

В новых российских паспортах не указывается национальное происхождение, там просто пишут "россиянин", а не казах, не узбек, не грузин, не армянин, не ингуш и т.Д. Это тоже, на мой взгляд, накладывает определенный негативный отпечаток. Люди должны знать, какого они роду-племени. Если мы овладеем богатствами родного языка, то не станут нас называть "иванами, не помнящими родства".

З.Джумаков, г.Камызяк.