Статьи

борис войцеховский.

Любители фэнтези представляют перумова так: седой иностранный профессор сидит за большим дубовым столом, обложившись манускриптами, и пишет книжки про драконов, эльфов и хоббитов.

Ничего подобного! ник молод, скромно одет и неаккуратно причесан. Роль дубового стола исполняет, скрипя и пошатываясь, пластмассовое сооружение в буфете гостиницы "минск". Вместо манускриптов "живой классик" с любопытством разглядывает свежий номер журнала cosmopolitan.

- Вот сейчас с тобой поговорим, чай попьем, и я отсюда выпишусь, заеду в "библио-глобус", а оттуда - на вокзал. Вещи уже собраны. Ну что, общаемся?

- предлагаю начать с обсуждения твоего имени: уж больно на псевдоним похоже - "ник перумов".

- Все свое - имя, фамилия, отчество. Правда, имя я слегка укоротил на английский манер с элементарной целью добиться лучшего звучания и ритмичности. "Николай перумов" - согласись, это длинновато. А сейчас уже и многие друзья стали звать меня ником.

- Ник, а сказки в детстве ты любил?

- сказки я обожаю и сейчас, всю жизнь их собирал, читал, причем от народных до литературных. К тому же в советском союзе была прекрасная школа сказочниц и сказочников: софья прокофьева, алексей толстой с "буратино", ранний кир булычев с циклом об алисе, губарев с "королевством кривых зеркал"...

- Скажу-ка я жутко обидную для тебя вещь: знаменитый ныне ник перумов стал известен исключительно благодаря толкиену, к которому ты написал продолжение. Согласен?

- гм, благодаря или вопреки? работая над "кольцом тьмы", я совершенно не задумывался о литературной карьере и не хотел, как выразился после один мой приятель, "сплясать на трупаке великого толкиена". Это сейчас я прикидываю:

"да, толкиен... "Властелин колец"... Вещь, любимая миллионами...

И вдруг какой-то козел пишет продолжение. Естественно, люди думают: "что это за порнография! не будем ее читать!".

Читатели "кольца" разделились на два лагеря - сторонников и ярых противников. Последние продолжают меня топтать и поливать грязью с завидным постоянством.

- Несколько лет назад ходили слухи об избиении писателя перумова.

- Меня пытались побить. Хоть я и не ван дамм, отбиться удалось, отделавшись легкими телесными повреждениями, фингалом и временным отключением...

- А как угораздило серьезного ученого заняться литературой?

из досье героя:

перумов николай даниилович родился в 1963 году. По образованию - инженер-физик, около десяти лет занимался молекулярной иммунологией. Писать стал в конце 70-х, однако первой публикацией явилась книга "нисхождение тьмы, или средиземье 300 лет спустя", вышедшая в 1993 году в ставрополе тиражом 50 тыс. Экземпляров. Общий тираж изданных книг на сегодня - около 1 млн. Экземпляров.

- В начале восьмидесятых я жил толкиеном, но в то время на русском вышел лишь "хоббит" да первая часть "властелина колец". И у меня началась настоящая ломка:

через знакомых товароведов и работников издательств я доставал книги толкиена и самостоятельно переводил их. Кстати, благодаря этому освоил язык настолько, что стал подрабатывать синхронистом.

А потом понял, что не могу остановиться, что должен жить в этом фэнтезийном мире дальше. Вставил в машинку чистый лист и начал печатать свои представления о нем. Это стало литературной игрой.

- Но благодаря этой игре деньги на тебя посыпались, словно из рога изобилия.

- Смешно, но лучше всего я жил, работая простым научным сотрудником. Тогда объявили хозрасчет, и ежеквартально у меня выходило около полутора тысяч рублей плюс зарплата. Сейчас ситуация иная: чтобы жить профессией, я должен выпускать в год две-три книги.

- Знаменитый фантаст гарри гаррисон сказал мне в интервью о фэнтези следующее:

"это литература, которую пишут одни тупые люди для других тупых людей". Возражения есть?

- гарри, конечно, молодец. Но обвинять в тупости урсулу ле гуин или толкиена... Да они бы уничтожили гаррисона на пятой минуте разговора! ведь фэнтези намного обширнее научной фантастики: в нем можно писать одновременно о будущем и настоящем, смешивать звездолеты и драконов, идеальный мир и законы реальной истории.

- Почему тебя обвиняли в пропаганде фашизма?

- мои герои верят в справедливость силы, в то, что человек, бог или маг будут убивать не ради денег, славы или женщин, а ради высшей справедливой цели. Это жестокая философия - философия тьмы: естественный отбор всегда прав, выживает сильнейший. Об этом говорят и герои моей новой книги "алмазный меч, деревянный меч". Но подчеркиваю - это философия моих героев, а не моя. Хотя...

Меня спрашивают, почему я не выступил против того, что русские мальчики гибнут на чеченской войне. Я всегда отвечаю - государство, начавшее войну, должно воевать, а не думать о мирных жителях и солдатах. Когда наши войска брали берлин, неужели кто-то думал о простых немцах? думал ли о морали александр невский, подставляя пеший новгородский полк под удар тевтонской "свиньи"? нет! на войне нет места морали!

- но твой любимый толкиен, проповедующий христианские заповеди, говорил о другом.

- В вопросах религии наши позиции абсолютно расходятся. Я - антихристианин, считающий христианство религией рабов. Свободы надо добиваться мечом. Как спартак, не веривший в загробное воздаяние и ставший героем. Не верили в христианство и мои любимые поэты - китс, байрон, блейк.

- Хорошо, толкиен для тебя не авторитет. А каково отношение ника перумова к современным отечественным мэтрам. Борису стругацкому, например?

- я обожаю книги стругацких, особенно "трудно быть богом". Но их взгляды совсем не то, что их произведения. Сейчас я выскажу жутко крамольную мысль: семинар стругацкого нанес огромный вред нашей фантастике. Представляешь, всем его участникам мэтр ставит отметки в специальную тетрадочку: "5" - тебя опубликуют, "3" - будешь всю жизнь писать в стол. И многие стали работать "под стругацкого", под его мнение о том, что вот, мол, мы умнее всех, а значит, имеем право всех учить.

Что же касается фэнтези, то стругацкий - его ярый противник. Я говорил: "борис натанович, замените вашего румату из "трудно быть богом" на эльфа, и вы получите великолепное стопроцентное фэнтези". Знаешь, что он ответил? "коленька, да как же вы не понимаете - это же книга не про арканар, а про ленинград, про диссидентов, сидящих на коммунальной кухне, каждый из которых понимал, что он - румата.

Это политическая книга!" и мне стало грустно из-за этой чудовищной фразы, стало грустно за румату, за арканар и за стругацкого...