Статьи

1. Чему вашего ребенка должны научить в школе?

2. Доверяете ли вы учителям воспитание вашего ребенка?

3. Что вы думаете по поводу отмены школьной формы?

алексей симонов, председатель фонда защиты гласности:

1. Прежде всего ребенка должны научить учиться. Современная программа настолько обширна, что освоить ее целиком не в состоянии ни один ученик. Есть несколько предметов, знание которых обязательно: история, русский язык и литература, иностранные языки, например. Но преподают их ужасно. В то же время совсем не обязательно, чтобы школьник зубрил формулы химических реакций, тригонометрию или законы физики. Нужен естествоведческий предмет, который давал бы представление об этих науках, а, продолжив образование после школы, молодой человек готов бы был изучить эти предметы глубоко. Ребенок должен учиться самостоятельно, а я могу ему помочь в крайнем случае.

2. Воспитание ребенка я учителям не доверяю. За годы учебы моих детей было всего два учителя, за чье влияние я был спокоен (кстати, один из этих учителей сейчас работает в нашем фонде). Еще я заметил, что благодаря школе взгляды моего младшего сына (девятиклассника) -- на некоторые события отечественной истории в частности -- сильно отличаются от тех, что свойственны людям моего поколения, и с этим я часто не могу согласиться.

3. Все 10 лет я проходил в школьной форме. Как-то ее отменили было, но ввели опять -- мышиного цвета. Ее мы ненавидели, это была откровенная попытка усреднения личности. Но я не думаю, что школьная форма может смягчить проявления социального неравенства среди учеников. От такта родителей зависит, будут ли одноклассники их ребенка из бедных семей чувствовать себя обделенными или ущербными. Если все ученики оденут форму, но кого-то из них будут привозить в школу на "мерседесе", а на уроке он будет вынимать из портфеля дорогой ноутбук, можно ли говорить о сглаживании социальных противоречий?

екатерина данилова, главный редактор журнала "карьера":

1. Я хотела бы, чтобы школа научила моего сына работать. Принуждать себя, контролировать свои поступки. Покамест я очень нежно отношусь к "своей" школе. Это частный лицей "ювентус", там достаточно высокий уровень требовательного внимания к ученику, маленькие классы (восемь человек), благожелательная атмосфера. По крайней мере, я знаю, что никто там не унизит моего сына и не будет смеяться над его недостатками.

2. Воспитание своего ребенка я никому передоверять не собираюсь. Он для этого еще слишком маленький, слишком внутренне несамостоятельный. Я готова отдать его физически на содержание в школу -- и только. Воспитательные же приоритеты в такого рода учебных заведениях далеки от идей коллективизма. Я согласна, чтобы традиции школы превратили его в крепкого индивидуалиста в буржуазном смысле этого слова. Хотела бы, чтобы он выработал все защитные реакции, которые впоследствии помогут ему выжить. Чтобы он не был полностью зависим от общества, а был самодостаточной личностью в коллективе столь же самодостаточных людей.

3. Форма сейчас вводится в самых дорогих школах -- это приближение к общемировой традиции. Форменная одежда служит приметой и порождением железной дисциплины, коей самые престижные учебные заведения и славятся. На западе. В москве пока не так. Я знаю некую супердорогую корпоративную банковскую школу, в которой свобода самовыражения столь ценится, что дети там чуть не медитируют на уроках. Я же ценю свой лицей потому, что, несмотря на маленькие классы, там пока сохраняется дистанция между учеником и преподавателем.

Людмила попкова, фельдшер-лаборант онкологического центра.

1. Хотела бы, чтобы мою дочь научили уму. А так же разуму. А еще -- русскому языку, английскому и математике.

2. Я ничего не имела бы против, если бы учителя могли еще и воспитывать, но в обычной окраинной школе, в какой учится моя девочка, это вряд ли возможно. Им просто не до этого. Огромные классы -- в прошлом году было 34 человека. Тут остается мечтать, чтобы на уроках на твоего ребенка хотя бы обращали внимание.

3. Я думаю, пусть бы форму вернули, но дочка моя совершенно другого мнения! для нее школа в огромной своей части -- не сколько место учебы, сколько дружбы и прочего общения. Она уже чувствует себя девушкой и хочет, чтобы одежда это подчеркивала. Что касается имущественного расслоения, то вряд ли это важно для школ вроде нашей. Все подруги моей дочери одеваются почти одинаково, как у них в компании "положено", на одних и тех же рынках, вместе ездят за ботинками и кофточками. В общем, они и носят форму -- только свою.

Аркадий шилклопер, музыкант:

1. Мой опыт общения со школой (а он, в общем, специфический, я учился в военной школе) заставляет меня думать, что основная задача школы -- это не дать какие-то энциклопедические знания и сделать так, чтобы ребенок запоминал их, как компьютер. Главное -- научить ребенка учиться самому. Ориентироваться в огромном мире информации. Просто так это, конечно, невозможно. Ну что значит "научить учиться"? это как "научить чувствовать". Тут нужно работать на интуицию самого ребенка. Не воспитывать какого-то там нового человека. А просто человека с кругозором. Моя дочь учится в "творческой" школе. Это школа специальная, но в то же время и универсальная. Школа музыкально-драматического искусства. У них есть актерское мастерство, два джаз-оркестра, два джазовых хора, пластика, рисование. Ну и иностранный язык, конечно. Я не боюсь, что у нее будет "нищая" профессия. Таких не бывает. Я просто хочу, чтобы школа дала дочери возможность смотреть на жизнь универсально. Ну и к тому же моя задача -- заполнить ее день. Школа должна научить ее пользоваться временем.

2. Учительского воспитания я не боюсь. Дети раскалывают учителей моментально. Их нельзя заставить просто бояться. И в этой школе остаются только те педагоги, которые принимают не совсем обычные условия не совсем обычных детей. Учитель должен быть демократичен, но все же сохранять дистанцию. Он должен быть опрятно одет, и это всегда вызовет уважение, какими бы хипарями ни были сами дети.

3. У моей дочери в школе проблем социального расслоения из-за того, кто как одет, не возникает. Но вообще я думаю, что форма -- это совсем неплохо. Она обязывает. Я хорошо помню это ощущение. К тому же форма -- это как концертный костюм. Любой человек, одевая форму, скажем, милиционера или гамлета, внутренне преображается. Форма заставляет чувствовать уважение к себе и к окружающему миру.

Юрий мартюшов, зам. Председателя и начальник юридического отдела мособлкомзема:

1. Нынешнее время не дает нашим детям возможности получать промежуточное образование, равно как и не дает нам иметь промежутков между периодами образования. Необходимость постоянно усваивать новую информацию требует тренированного аппарата усвоения. В школе этот аппарат должны тренировать... Еще школа, как это ни тривиально звучит, должна закладывать основы здоровья. Я, по крайней мере, обязан остаткам своего приличного самочувствия школьному спорту. У моих сыновей этого уже не было. Школа без спорта физиологически нерентабельна. С этой точки зрения английские и американские традиции более разумны. Далее, что звучит еще более пошло, школа должна воспитывать гражданскую позицию.

2. Плавно перетекаю ко второму вопросу. Школа не должна воспитать патриота или молодого бойца -- она должна воспитать нормального избирателя. Нынешние школьники не знают, что такое собрание, они не умеют соблюдать нормальные демократические процедуры. Если хотите, меня способна привлечь идея школьного парламента... Любые взгляды, вплоть до радикальных, позволительно иметь, но только в комплекте с "уметь". Как минимум излагать их публично. Методология отправления демократии очень проста, но в семье вряд ли можно этому научиться. Семья устроена по-другому.

3. Вопрос бесформенности никогда моих сыновей не волновал. Я же считаю, что на той стадии, когда человек еще не умеет самовыражаться, ему полезно быть как все. Это смиряет так ненадолго, что говорить о форменной одежде как травмирующем символе личностной несвободы вполне несерьезно. Так же, как несерьезно утверждать, что форма способна сгладить имущественные комплексы подростков.

Маргарита леонтьева, руководитель департамента министерства образования россии:

1. Жить, общаться с окружающими, понимать, что происходит вокруг. Школа должна давать молодым людям образование, которое поможет им найти профессию. При этом нельзя забывать, что школа не только образовательный, но и социальный институт. Сегодняшние подростки лучше понимают непреходящую ценность образования, чего, между прочим, не скажешь об их 40-летних родителях. Вы знаете, по статистике, школьники сейчас гораздо реже списывают друг у друга.

2. Замены нынешним педагогам все равно нет. Нам что же, с луны, что ли, спустить идеальных учителей? и потом, совершенно нормально и даже хорошо, что мы предъявляем требования к образовательной системе. Только в этом случае она будет развиваться. Родители, сами не будучи людьми идеальными, требуют для детей идеальных педагогов. Но суперучителей не бывает, их нет ни в одной стране. Кроме того, в конституции записано, что ответственность за воспитание детей несут родители, а не школа.

3. То, что одинаковая школьная форма чему-то там способствует -- сказки. Это взрослые испытывают неудобство от того, что соседский ребенок лучше одет. В начальной школе дети вообще не смотрят друг на друга, они сравнивают себя с родителями. В 10--14 лет для ребят вообще -- чем хуже одежда, тем лучше. А в более старшем возрасте действительно начинаются проблемы, но их, поверьте мне, не решить с помощью школьной формы. Дети сами устают "выпендриваться" и ходят, как правило, в джинсах и робах. Иногда на родительских собраниях решают, что класс должен ходить в форме, но это уже дело самих родителей. А вообще, зачем нужна форма? мы ведь не на службу детей берем.

Подготовили евгения пищикова, юлия бедерова, сейфали ахундов.